www.osi.ru
ПетрГУ КГПУ
о проекте карта сервера КГПУ ПетрГУ Образовательный портал
    
Нормативные документы
    
Организация практики
    
Методическая копилка
    
Советуем прочитать
    
Педагогические Интернет-ресурсы
    
Вопрос - ответ
    
Фоторепортажи с педпрактики
    
Требуется учитель
    
Новости
    
Учитель Карелии
    
О проекте
    
Контакты
    
Карта сервера

 



Союз образовательных сайтов

Портал трудоустройства выпускников

 

главная страница  > Учитель Карелии  > "Учитель Карелии" №3 (15 января 2004 г.)  > Материалы 4 полосы. Времена 

Первые детские дома

Забота о детях, оставшихся без родительского попечения, всегда, с принятия христианства на Руси, была в России добрым и богоугодным делом. С утверждением в сознании народа христианских ценностей заботу о таких детях проявляли как отдельные благотворители, так и православная церковь и правительство.

Не углубляясь слишком в историю, обратим внимание на следующие исторические факты:
в 1682 г., в последний год царствования Фёдора Алексеевича, был подготовлен проект Указа, который впервые ставил вопрос об открытии специальных домов для нищих детей (безродных сирот), где б их обучали грамоте, наукам и ремёслам.
4 ноября 1715 г. Пётр Первый издал Указ, предписывающий устраивать в Москве и других городах России госпитали для незаконнорожденных детей. Сиротские дома располагались внутри церковных оград, в Москве для таких детей обязаны были строить каменные дома, в других городах - деревянные.
10 января 1763 г., вскоре после восшествия на престол, Екатерина II утвердила генеральный план Императорского воспитательного дома в Москве.
Большие организаторские способности в устройстве судьбы сирот проявила супруга Павла I императрица Мария Фёдоровна: она лично возглавила всю работу по руководству воспитательными домами в империи.
В январе 1839 г. было высочайше утверждено "Положение о детских приютах".
Воспитательные и сиротские дома, приюты, созданные в XVIII-XIX веках, содержались, в основном, на государственные средства. Так как этих средств постоянно не хватало, приюты сами вынуждены были заниматься хозяйственной деятельностью. Существенную помощь им оказывали благотворители, а с 1860-х гг. ещё и земские учреждения.
В период первой мировой войны детская беспризорность разрослась до масштабов национального бедствия. В это время вопрос о борьбе с ней становится центральным в деятельности земских учреждений. По инициативе земского и городского союзов созывается специальный съезд общественных деятелей, в программу которого входит выработка проекта о защите детей, пострадавших от войны. Проект предполагал сделать охрану детства делом государственным. Осуществление всех мер попечения над безнадзорными детьми - жертвами войны - намеревались возложить на земские и городские учреждения под общим руководством особого отдела всероссийских союзов, земского и городского. К сожалению, проект не получил силы закона.
Февральская революция создала новый орган - министерство социальной помощи, в состав которого входило особое управление социальной помощи детям. Этот орган, провозгласивший своей задачей не только оказание помощи, но и социальное воспитание на основе самодеятельности и трудовых методов воспитания, также практически не приступил к работе. Такова в очень кратком изложении история вопроса в дореволюционный период.
Теперь, основные факты из жизни двух дореволюционных приютов в нашем крае: Николаевского детского приюта в Петрозаводске и Ольгинского - в Пудоже.
Николаевский детский приют был, по сути дела, первым детским домом на территории Олонецкой губернии. Уже через несколько лет после принятия "Положения о детских приютах" 1839 г. петрозаводский купец Марк Пименович Пименов начал строительство на территории своей усадьбы детского приюта со всеми необходимыми хозяйственными постройками и службами. Благотворитель затратил на строительство и оборудование приюта 8000 рублей и ещё 2000 на постройку моста через реку Лососинку. В конце декабря 1848 г. был избран попечительский совет приюта, в который вошли первые лица города, а сам основатель его стал почётным старшиной совета. В начале 1849 года император Николай I прислал благодарственное письмо на имя Марка Пименова. 21 апреля 1849 г. приют был торжественно открыт. Первоначально он был рассчитан на 20 приходящих детей, но уже в августе того же года при приюте было открыто ночлежное отделение на 10 человек.
Дети находились там с 8 утра до 6 вечера, получали питание, обучались грамоте и ремеслу. Позднее при приюте появился огород и сад. Продукты на стол поставлялись, в том числе, и с собственного огорода.
С 1869 года приют стал закрытым воспитательным учреждением для девочек от 5 до 16 лет. Дети жили по чёткому расписанию, где отводилось место для учёбы, занятий рукоделием, и для хозяйственных работ. Руководство приюта было заинтересовано в том, чтобы выпустить своих воспитанниц во взрослую жизнь грамотными и с хорошей профессией.
Надо отметить, что все годы своего существования приют неизменно пользовался поддержкой со стороны благотворителей. Наиболее полно о Николаевском приюте рассказал петрозаводский краевед и знаток истории школы Х.О. Инно в статье, опубликованной на страницах сборника "Краевед.10 лет".
Теперь несколько слов об ещё одном заведении, существующем уже более ста лет - Пудожском детском доме, основанном под названием Ольгинского детского приюта в самом начале XX века (кстати, это название он получил в честь дочери последнего русского императора, великой княгини Ольги Николаевны).
Приют был образован в 1902 г. с целью призрения и воспитания малолетних сирот Пудожского уезда. Размещался он в специальном здании на улице Детской. Мальчиков обучали грамоте, профессиям столяра, плотника, кузнеца. Девочек - хорошим манерам. Их готовили быть прислугами, кухарками, горничными, белошвейками. При приюте имелись столярная, кузнечная и бондарная мастерская, где совсем маленькие воспитанники-мальчики трудились на разных работах с первых дней пребывания в приюте. Девочки работали и одновременно обучались в вязальной, белошвейной, ткацкой мастерской и на кухне. Питание детей было много скромнее, чем в Николаевском приюте. Нередки были и телесные наказания.
Государство выделяло на содержание приюта 6000 рублей в год. Часть средств давала продажа изделий мастерских. Значительно меньше, чем на содержание приюта в Петрозаводске, поступало средств от благотворителей. В общем, условия содержания в Ольгинском приюте были не особенно благоприятны, поэтому неудивительна и высокая смертность детей и частые побеги. Потом было лихолетье гражданской войны, трудные двадцатые годы. В тридцатые воспитанники, наконец, стали есть досыта и учиться в нормальной школе, а затем была тяжелая война и опять голодная послевоенная пора.
История даёт нам не мало примеров попечения сирот. Особенно хотелось бы обратить внимание на многочисленные примеры благотворительности, именно ТВОРЕНИЯ БЛАГА, без расчёта на рекламу и создания благоприятного образа попечителя. Вот только один факт из истории. В 1873 г. в Мариинской женской гимназии обучались 152 гимназистки и 104 из них не платили ни копейки за это! Их содержали различные благотворительные общества, государственные ведомства, более десятка детей были освобождены от уплаты за обучение попечительским советом. А десять девочек числились личными стипендиатами купца Малокрошечного!
Проблема детей, оставшихся без попечения родителей, не нова, но нельзя не отметить, что таких детей и в последнее время не становится меньше. Поэтому, когда государство не в состоянии решить проблемы всех обездоленных детей, опять очень остро встает вопрос о благотворительности.

Василий КОНДРАТЬЕВ,
заведующий музеем истории
народного образования РК